Давид Степанян (Политический обозреватель) Альтернатива в безальтернативности мира)

Введение

Несмотря на действующий с мая 1994 года между сторонами Нагорно-карабахского конфликта бессрочный режим перемирия, обстановка на линии соприкосновения Армии обороны непризнанной Республики Арцах и Вооруженных сил Азербайджана, а также на межгосударственной границе Армения-Азербайджан по-прежнему остается напряженной. Сопровождаемые многочисленными жертвами с обеих сторон периодические перестрелки продолжают оставаться непременным атрибутом переговоров.Начиная с 1994 года, наиболее крупным случаем нарушения режима перемирия в период с 2-го по 5-е апреля 2016 года стала так называемая «четырехдневная война». Результатом инициированного ВС Азербайджана наступления стали некоторые позиции и посты, ранее занимаемые Армией обороны НКР, а также несколько сот погибших и раненых с обеих сторон военнослужащих и мирных жителей. Приходится констатировать, что пресловутый режим перемирия больше существует на бумаге, чем соблюдается сторонами на деле. Более того, перманентная напряженность и выстрелы на границах придают мнению о «замороженном» состоянии конфликта еще большую неубедительность. Результат - многолетние разговоры о грядущей широкомасштабной войне.   

Оценка вероятности новой войны.Азербайджан.

Риторика

На подобном фоневероятность возобновления боевых действий, на первый взгляд, выглядит довольно высокой. И, в целом, в обществах конфликтующих стран в возможность трансформации конфликта из нынешнего состояния «ни войны, ни мира» в широкомасштабную войну верят многие. Для Азербайджана карабахская война завершилась потерей 11,5 тысяч кв. км или 14% территории Азербайджанской ССР1 . Эти территории НКАО и окружающих ее районов сегодня составляют территорию непризнанной Республики Арцах. Именно поэтому энная прослойка граждан Азербайджана декларирует стремление к войне из реваншистских побуждений. Милитаристские настроения существуют и в Армении и в Арцахе, однако по целому ряду причинв обществах они не доминируют.Здесь следует особо выделить роль властей Азербайджана в формировании подобных настроений.

Намерения «вернуть земли» озвучивались высшими чинами в Баку практически с самого установления режима перемирия. Однако, с приходом к власти Ильхама Алиева,заявления существенно участились, расширилась их география. Ранее Баку претендовал «лишь»на территорию НКАО и семи прилегающихрайонов. Однако сегодня Ильхам Алиев претендует на бассейн озера Севан, область Сюник и даже Ереван2 .Впереговорах по урегулированию конфликта,  идущих с 1992 года под мандатом Минской группы ОБСЕ, подобные претензииазербайджанскими переговорщиками не озвучиваются. Особенно учитывая, что переговоры идут на основе подразумевающих взаимные компромиссы «мадридских принципов». Однако на уровень восприятия соседей-армян рядовыми азербайджанцами, безусловно, влияют. Анализ звучащих в социальных сетях мнений из соседней страны дает возможность предположить, что целенаправленное  культивирование в Азербайджане образа врага-армянина уже приносит свои плоды. А декларируемый как основной внешнеполитический вектор реваншизм существенно повышает риск перехода тлеющего конфликта в горячую фазу. Баку продолжает проводитьагрессивную наступательную политику на внутреннем и внешнем векторе с целью«доведения до сведения»собственную готовность инициировать войну в любой момент. 

Реалии

Однако на пути данной политики есть и серьезные ограничители. Внешние: Армия обороны Арцаха, ВС Армении, возможная реакция международного сообщества и мировых центров силы. И внутренние: серьезные проблемы с экономикой, полиэтничность населения, жестко подавляемое, но продолжающее зреть недовольство бессменным правлением Ильхама Алиева. Меж тем, обесточившая чуть ли не весь Азербайджан авария на Мингечаурской ГЭСв начале июля с.г. наглядно продемонстрировала степень энергетической уязвимости страны-экспортера энергетических ресурсов. Попытка акции протеста того же периода в Гяндже стала свидетельством созревания недовольства общества властью. Несмотря на то, что практически все религиозные проповедники (причем как шииты, так и сунниты) давно сидят в тюрьмах, в Баку моментально попытались придать волнениям в Гяндже религиозный характер. По оценкам азербайджанского конфликтолога и правозащитника Арифа Юнусова3, азербайджанское общество расколото на не доверяющих друг другу верующих и светских. Последние панически боятся верующих, что часто не позволяет им видеть постоянноезадействование «исламского фактора» во внутривластных играх.Согласно эксперту, авария в Мингечауре и волнения в Гяндже – звенья одной цепи, ведущей в Баку. Властямбыл нужен предлог, чтобы отвлечь внимание населения от последствий аварии, каковым и стало покушение на мэра Гянджи с последующим убийством двух полковников полиции.

Сам факт подобных манипуляций свидетельствует о наличии в Азербайджане тлеющего потенциала к бунту. И представляется, что именно развязывание широкомасштабной войны вполне способно стать искрой для его воспламенения. Еще свеж, в том числе и в памяти Ильхама Алиева, марш мятежного полковника Сурета Гусейнова на Баку в 1993 году, завершившийся отставкой Абульфаза Эльчибея.Тогда Гейдару Алиеву удалось успокоить Гусейнова, лишь назначив его премьер-министром. И в случае второй карабахской войны военные гусейновский марш вполне могут повторить. Особенно, учитывая наличие в стране широкой массы недовольных. Здесь мы выходим на весьма интереснуютему, актуальную для Азербайджана и до самых недавних пор для Армении. В самый разгар «четырехдневной войны» лидер движения «Предпарламент» Жирайр Сефилян обвинил власти Армении в отказе от всеобщей мобилизациипо внутриполитическим причинам4. После чего захват ереванского полка ППС в июле 2016 года наглядно продемонстрировал всю слабость нелегитимной власти перед горсткой вооруженных членов группировки «Сасна црер». В этом свете представляется, что всеобщая мобилизация десятков тысяч вооруженных, ненавидящих власть граждан заключает в себе угрозу насильственного смещения этой самой власти. После «бархатной революции» в апреле-мае 2018 г. ситуация с легитимностью власти в Армении изменилась. Меж тем как всеобщая мобилизация для руководства Азербайджана смерти подобна и сегодня.Широкомасштабная же война без всеобщей мобилизации представляется нонсенсом.

Еще одним существенным препятствием на путиреваншистских планов Азербайджана является полиэтничность населения. Проживающие в Азербайджане лезгины, талыши, таты, рутульцы, цахуры, горские евреи, аварцы и евреи-ашкеназы отнюдь не горят желанием сложить головы «за родину», в которой к ним, мягко говоря, относятся не самым лучшим образом. В Баку прилагают существенные усилия по занижению статистических данных с целью ассимиляции проживающих в стране нацменьшинств. Так, официально азербайджанцы составляют 90% населения страны, меж тем как неофициально одни лишь курды составляют более 10% населения Азербайджана. Официальное число дагестанско-лезгинской общины Азербайджана - 200.000 человек, согласно лезгинским источникам, занижено вдвое. Число же проживающих на юге иранских этнических групп по неофициальным данным достигает полумиллиона человек. По оценкам эксперта Института востоковедения РАН Андрея Арешева, политика Баку по ассимиляции национальных меньшинств Азербайджана создает условия для внутриполитической дестабилизации на национальной почве в будущем5. Как следствие, среди нацменьшинств зреют сепаратистские настроения, зачастую достигающие на примере идеи о создании Талышстана стремления к независимости.

Зреет в Азербайджане и религиозный сепаратизм, на что власти также реагируют жестко. Наиболее ярко реакция Баку выразилась в ноябре 2015 года в отношении жителей поселка Нардаран, отличающихся особой религиозностью и оппозиционностью к светской власти6 . Тогда в результате операции по предотвращению теракта, планируемого группировкой «Мусульманский союз», погибло четверо граждан и двое полицейских. Были арестованы известный мусульманский богослов Талех Багирзаде и его последователи. Нардаранцы – шииты, в поселке весьма ощутимо влияние Ирана, что сильно беспокоитвласти Азербайджана. Впрочем, в Баку весьма жестко контролируюти деятельность других религиозных общин, особенно проживающих в северо-восточных районах суннитов-салафитов. По мнению эксперта Центра проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО, этнографа Ахмета Ярлыкапова, стремительная суннизация Азербайджана уже переходит в мало контролируемую фазу, чему в немалой степени способствует политика Баку по ограничению шиизма - влияния Ирана7 .

Таким образом, вероятность самостоятельного инициирования Азербайджаном полномасштабной войны невелика. В силу совокупности вышеперечисленных факторов, пытаться решить военным путем тридцатилетнюю, застарелую проблему, пренебрегая букетом современных внутренних, религиозно-этнических, геополитических и даже глобальных вызовов, Ильхам Алиев не будет. Вподобных условиях новая война для азербайджанской кланово-олигархической системы будет равнозначна рубке сука, на котором она сидит.Спрогнозировать же возможный ход и завершение военных действий на фоне обрисованной выше хаотично-пестрой этно-конфессиональной карты Азербайджана сегодня не в силах, пожалуй, никто. В этом свете единственно возможной «внутренней»причиной войны остается ситуация, когда Алиев уже будет находиться на грани свержения, и ему останется лишь попытка ухватиться за соломинку. Однако, в силу целого ряда,в том числе вышеперечисленных причин, подобный сценарий представляется маловероятным.    

Оценка вероятности новой войны. Армения и Арцах.

Риторика

В руководстве Армении к милитаристско-реваншистской риторике коллег с Апшерона за долгие годы в целом привыкли и комментировали довольно вяло, по мере возникновения крайней необходимости. В Арцахе же, как это ни странно, вообще относились к этой риторике в целом равнодушно. Так было до смены власти в Армении в результате «бархатной революции». Июль 2018-го ознаменовался целым рядом достаточно жёстких заявлений министра обороны Армении Давида Тонояна8 , его арцахского коллеги Левона Мнацаканяна9  и, главное, премьер-министра Армении Никола Пашиняна10 . Представляется, что подобная резкая смена настроений в Ереване и Степанакерте в первую очередь адресована мировым центрам силы и уже потом - собственно Баку. Армянские власти осознали невозможность любых положительных подвижек в условиях собственного пребывания в режиме глухой обороны. Отсюда возникла необходимость в информировании международного сообщества о собственных возможностях и исходящих из них намерениях. Иными словами, симметричныйбакинскому, если хотите, агрессивный подход Еревана и Степанакерта отныне не должен являться неожиданностью ни для кого.

Реалии

При этом в Армении и Арцахе запроса на новую войну с Азербайджаном сегодня нет, как не было и ранее. В обеих республиках есть крайне бескомпромиссно настроенные граждане, руководствующиеся в карабахском урегулировании девизом «ни пяди земли врагу». Однако даже эти люди к широкомасштабной войне с Азербайджаном не стремятся. Нет подобного запроса и у новой армянской власти. Если ранее Республиканская партия Армении превратила апеллирование к угрозе войны в привычную внутриполитическую шпаргалку, то у нового, пока еще временного, правительства Армении подобной необходимости просто нет. Иными словами, замена нелегитимной власти на власть, поддерживаемую обществом, по определению убрала взаимосвязь внутренней политики и исходящей от Азербайджана угрозы войны. Существующий статус-кво в целом выгоден армянским республикам, соответственно, нет резона и в новой войне. И подвергать опасности подобный статус-кво в угоду авантюрно-призрачным планам по «выходу на Куру» или «возвращению Нахиджевана»в Ереване и Степанакерте явно не собираются. 

Фактор гонки вооружений

Существует еще один фактор, потенциально повышающий возможность широкомасштабной войны, и это- достигшая в последние годы беспрецедентного уровня гонка вооружений. Главным поставщиком, причем обеим сторонам конфликта, является страна-сопредседатель Минской группы ОБСЕ – Россия. Далее следуют Израиль, Китай, Пакистан, Турция, Украина, а с недавних пор и союзник Армении по ОДКБ - Беларусь. Остальные две страны-сопредседатели- США и Франция - сторонам конфликта оружие не поставляют.Превышающие армянские финансовые возможности позволяют Баку задавать направление в этой гонке. В 2018 году расходы на оборону в госбюджете Азербайджана увеличены на 6,1% (до $1,6 млрд.)11 . Расходы Армении ($512 млн.)в три раза меньше. Как результат, Ереван осуществляет  ответные закупки, делая ставку не на количество, а на определенную асимметричность, позволяющую нивелировать преимущества Баку, всецело опирающиеся на количество и качество. В последние годы Азербайджан приобрел самое современное оружие: танки Т-90С, РСЗО «Смерч», БМП-3, тяжёлые огнемётные системы ТОС-1А, израильские БПЛА всех классов, ОТРК «Точка-У» и LORA, тяжелые РСЗО «Полонез», «Смерч» и T-300 Kasirga, крылатые ракеты SOM-1B. Меж тем как Армения до апрельской войны 2016 года в основном подпитывала собственные ВС техникой еще советского производства «со складов». Здесь стоит выделить 5 дивизионов ЗРК С-300ПС/ПТ-1, танки Т-72, БМП-2. Однако после апреля 2016-го выяснилось, что поставлялись и современные вооружения: ОТРК «Искандер», РСЗО «Смерч», системы радиоэлектронной борьбы «Инфауна». В последние два года на вооружение армянских ВС поступили ПТРК «Корнет», ПЗРК «Игла-С» и «Верба», ЗРК малого радиуса действия «Тор-М2».

Внушительное количество приобретенных Баку тяжелых РСЗО говорит о тенденции к наращиванию дальнобойных вооружений, что ведет к очередномурасшатыванию баланса сил.По оценкам разведчика,военного эксперта Владимира Вартанова12, азербайджанское командование начало накачивать передовую дальнобойными орудиями после уничтожения в феврале 2017 года двух своих саперных групп на юге и севере линии соприкосновения в Арцахе. Последнее, по его оценкам, стало возможно в результате появления в распоряжении армянских военных элементарных систем ночного видеонаблюдения. Эксперт убежден, что вновь нарушающийся в результате приобретения Азербайджаном дальнобойной артиллерии и РСЗО баланс сил необходимо и возможно восстановить главным образом подготовкой армянских военнослужащих к молниеносной атаке в горных условиях. Такая атака позволит достичь уровня соприкосновения, позволяющего лишить артиллерию противника возможности бить по армянским войскам.

Признавая гонку вооружений как фактор, способствующий повышению уровня эскалации ситуации вокруг конфликта, невозможно игнорировать следующее немаловажное обстоятельство. Ракетные системы с дальностью в десятки и сотни километров являются палкой о двух концах и играют рольсвоеобразного оружия сдерживания. Находящиеся на вооружении ВС Азербайджана«Полонезы»,на вооружении ВС Армении «Искандеры»и даже еще советские, но модернизированные «Скады» в закавказских масштабах играют ту же роль, какую играли, да и продолжают играть межконтинентальные баллистические ракеты с ядерными боеголовками времен«холодной войны». Наличие же АЭС в Армении и нефтяных и нефтеперерабатывающих объектов в Азербайджане лишь придают данному утверждению дополнительную убедительность.

Возможные внешние катализаторы

Анализ возможностей разворачивания широкомасштабной войны вокруг Карабаха в силу геополитических факторов делает возможным констатировать отсутствие в обозримой перспективе заинтересованности в подобном сценарии России, США и Евросоюза. Нет интереса квойне в целом по аналогичным причинам иу Турциис Ираном. И у мировых и у региональных центров силы проблем сегодня хватает на других геополитических площадках. Очередной конфликт с весьма туманными перспективами на перекрестке зон влияния России, США, Турции и Ирана им не нужен. В этом смысле немаловажно, что карабахский статус-кво,по большому счету, сторонами конфликта отнюдь не ограничивается. Статус-кво от 1994-го – это статус-кво между всеми вышеупомянутыми внешними игроками, имеющими интересы в регионе. Учитывая же наличие в регионе Ирана, к таковым можно присовокупить Израиль и Китай. Соответственно,последствия нарушения удерживающегося уже 24 года статус-кво одним из этих игроков прокатятся далеко за пределами региона, что, по крайней мере на данном этапе, не нужно никому.

Таким образом, главным риском воспламенения Карабахского конфликта представляется его географическое расположение неподалеку от пылающего Ближнего Востока: Сирии и Ирака. А также непосредственное соседство с зоной потенциальной нестабильности – Ираном. В последние годы основные мировые игроки пытаются решать свои проблемы посредством «гибридных войн» на территории третьих стран: Украины, Сирии, Ирака. И в силу своей неразрешенности, дымящийся Карабахский конфликт имеет все перспективы стать подобной очередной площадкой геополитических разборок. К примеру, после урегулирования конфликта вокруг Украины. Или в случае, если все-таки заполыхает Иран, что в свете последних событий в соседней стране выглядит еще более угрожающе. В этом отношении превращение Карабаха во вторую Сирию – самый опасный, нежелательный сценарий из всех существующих как для Армении, так и для Азербайджана. Со всеми сопутствующими «прелестями» в виде исламских радикалов, террористов, религиозных экстремистов, хаоса, разрушений и т.д. Глобального противостояния между США и Китаем никто не отменял,в то же время невозможенего переход в фазу прямого военного столкновения  (т.е. в Третью мировую войну). И это противостояние обречено на продолжение на территории третьих стран. Даже ценой их полного разрушения.

Заключение

В силу продолжающегося насыщения и так милитаризованного региона конфликта мощнейшими видами вооружений ивсе еще существующего баланса сил,завершение широкомасштабной войны вокруг Карабаха победой одной из сторон априори невозможно. Взять Баку или Ереван стороны не в состоянии по целому ряду вышеперечисленных внутриполитических и внешнеполитических причин. Масштабы и ареал разрушений будут в десятки, а то и в сотни раз превышать последствия Карабахской войны 1991-94 годов. В подобных условиях новая война отбросит назад весь регион на десятилетия. Прекрасно понимающему все эти устоявшиеся реалии руководству Азербайджанане остается ничего иного, кроме как размахивать «топором войны». В Баку осознают, что переговоры по Карабаху,не подкрепленные угрозой войны и ежегодной гибелью десятков военнослужащих, неминуемо превратятся в переговоры по Северному Кипру.  

Однако альтернатива есть. И она заключается в уже безальтернативном, мирном, политическом, компромиссном решении Карабахского конфликта. Решении, способном выдернуть Армению, Азербайджан и Арцах из списка потенциальных «серых»зон глобального противостояния. Из списка вечно нестабильных стран «третьего мира». Представляется, что прийти к подобному решению и прекратить конфликт смогут лишь легитимные, демократические власти. И изобретать тут велосипеда не требуется, поскольку то, что демократии не воюют, в общих чертах было сформулировано Иммануилом Кантом в трактате «К вечному миру»еще в XVIII веке13 . И«бархатная революция» в Армении представляется первым маленьким шагом на этом долгом, но безальтернативном пути  в направлении мира.

 


1https://www.litmir.me/br/?b=120760&p=1

2https://ru.sputnik.az/azerbaijan/20180208/413968729/azerbajdzhan-armenij...

3https://www.youtube.com/watch?v=8-anQgjzmYY
4http://novostink.ru/armenia/156602-sefilyan-odno-tolko-zayavlenie-o-vseo...

5https://ria.ru/analytics/20141120/1034261686.html

6https://www.bbc.com/russian/international/2015/11/151127_azerbaijan_nard... st

7http://arminfo.info/full_news.php?id=33020
8https://eadaily.com/ru/news/2018/07/22/armeniya-gotovitsya-k-voyne-s-aze...
9https://armenpress.am/rus/news/941683.html

10http://arminfo.info/full_news.php?id=33347&lang=2

11http://armiya.az/ru/news/134048
12http://arminfo.info/full_news.php?id=33132&lang=2
13https://www.civisbook.ru/files/File/Kant_K_vechnomu_miru.pdf

Видео

30 January, 2014
Сразу после новогодних праздников граждан Армении ввергли в шок декабрьские счета за газ и электроэнергию.

Избранные интервью

Бюллетени

Возможности и реалии решения Карабахского конфликта - 2018
"Роль внешних факторов в Карабахском процессе -2018: посредники, региональные акторы, международные организации"
Общественные диалоги в армяно-азербайджанском конфликте: прошлое и перспективы

Pages

Work by AGNIAN

All rights reserved. © 2018 Public Dialogues